справедливость восторжествует

Валера Тыкыбо был угрюмым типом. За лучший метод решения всех проблем он почитал свои кулаки, локти и каблуки. Размахивал он этими предметами регулярно и часто; иногда по делу, иногда и для разминки стращая тем самым окружающих. Подобное расположение к подвижности являлось оборотной стороной его молчаливости. И не то, чтобы он не любил поболтать ввиду того, допустим, что был начитанным интеллектуалом, который всех презирал и считал за дураков. Нет, сам процесс вызывал у него трудности. Не обнаружилось у него склонностей к ораторскому мастерству, впрочем, он всё равно почитал всех за дураков. Самая важная особенность, о которой следует упомянуть специально, дабы никто не питал напрасных иллюзий, заключалось в том, что он был подлецом и мерзавцем. Н-да. Это уточнение очень важно для дальнейшего повествования. Иначе, некоторые могут ни с сего, ни с того, отнести его к благородной породе, а после изумляться, что он такое натворил. И будут искать оправдания его поступкам. И не иначе как найдут. А поступки его гнусные. И он, по замыслу автора, просто подлец.

Итак, уяснили - Валера Тыкыбо был подлецом.

Кроме того, он был бездельник. Да, представьте себе. Возможно, это обстоятельство окончательно развеет ваши фантазии, и вы немного ближе будете к истине. Поймёте, наконец, что Валера был ничтожным человеком.

Для окончательной его характеристики нужно сказать, что он, скажем так, состоял в банде таких же негодяев как и он. На этом, пожалуй, досье можно и закрыть, добавив, разве что, прозвище он имел – Котёл. А получил его за свои исключительные умственные способности.

Все безусловно отмечали удивительную работу его котелка – медленную, напряжённую, бессмысленную, бесполезную.

- Котёл! – позвал его лидер банды, некто Червь.

Человек такой же безнадёжный и вредный как Валера Тыкыбо, но ещё и с мыслью. Грязной мыслью на уме. Потому-то он, видимо, и был главным.

- Котёл, такой сякой! – укоризненно повторил Червь, присовокупив пару резкостей - ничего нового, помимо того, что уже упоминалось.

- Ну, чё – видите, как экономит Валера свою речь.

- Котёл, я и Машка хотим сходить на Спенина. Достань билет.

- Один?

- Дебил? – ответил как бы вопросом на вопрос начальник, пытаясь подвести Валеру к тому, чтобы он сам понял ошибочность своего вывода. – Я же сказал, что и Машка хочет.

- Два?

Червь одобрительно кивнул таким манером, будто изумлялся удивительной прозорливости Валеры.

Надо бы здесь, наверное, пояснить, что Машка – это такая некоторая особа, которая состояла в неких отношениях с Червём, которые очень соответствовали по своим свойствам его мыслям. Ну, понимаете, были грязными. Господин Спенин же не входил в их компанию, а был знаменитым эстрадным юмористом. Недавно он вернулся в город и давал заключительный концерт. А в заключительных концертах обыкновенно вызывают неудобства заключительные билеты. Их стоимость настолько красноречива, что кажется она складывается из всех, всех билетов за все бывшие концерты исполнителя. Такая сумма его творческого пути. Некая подведённая черта.

- Если мы не попадём на концерт, то шутканить будешь ты, - пригрозил шеф.

Валера отправился в кассу и, расслышав количество требуемых с него денег, даже не сдержался и пошёл круто ругаться:

- Ого! – вы понимаете, что для него это сильное словцо.

Метод для решения всех проблем, как известно, он имел только один.

И реализовывал он его так – подкарауливал вечером какого-нибудь прохожего и попросту отбирал его кошелёк:

- Нет ли прикурить?

- Нет, нет, – торопится человек.

- А если проверить? – настаивал Тыкыбо Котёл.

Ну и дальше по-разному все отвечали, а в ответ одинаково получали в зубы. «Счёлк», «счёлк» – усердствовал Валера.

Уже под конец своего рабочего дня Валера заметил как к дому, возле которого он шлялся, подъехало такси и оттуда выгрузился приличного вида развесистый господин под клюквой. Когда Валера подоспел к незнакомцу, то случилось непредвиденное: вопреки всему незнакомец вдруг сам спросил прикурить. Валера замер и воцарилось, как говорится, неловкое молчание.

- Ну, так? – не унимался пассажир такси. – Сигареты есть, я спрашиваю? Не расслышал, что ли?

Валера открыл рот и стал бешено искать хотя бы какой-то ответ. Ибо он никогда не начинал сражения без вступительного слова. Такая у него сложилась традиция. А может это была какая-то его визитная карточка. В общем, ему требовался какой-то основательный повод. Свои сомнения в искренности прохожих отказывающих ему в сигаретке под неубедительным предлогом того, что они не курят, он считал вполне достаточным поводом к рукоприкладству.

- Не куришь, что ли? В твоём-то возрасте и в такой-то час? – человек презрительно толкнул грабителя в плечо. – Какая соплюшка! Пошёл бы домой. Поздно. Ещё расквасят нечаянно нос - будешь знать.

Валера сложно сглотнул, понимая, что его припёрли к стенке и выдавил из себя:

- Да.

Незнакомец захохотал.

- А если проверить карманы? – вдруг грозно спросил он. – Есть прикурить, наверное, а?

Валера онемел от ужаса. Но не грабежа боялся он, его конфузило столь бесцеремонное отношение постороннего. Против такой варварской наглости жертвы, ему, цивилизованному преступнику, противопоставить было нечего.

Вдруг незнакомец дружески похлопал нападавшего по плечу со словами «Ладно, пошутил» и пошёл своим путём, а Валера остался неподвижно стоять. Но внезапно пришло спасение – его падший ангел хранитель подсказал мудрое решение:

- В коже ходишь? – обличительно выкрикнул Валера уходящему имея ввиду его плащ.

Можно смело утверждать, что это была самая пылкая, содержательная и развёрнутая речь Валеры Тыкыбо за всю его жизнь и, в то же время, весьма убедительный повод. Положение было спасено.

Человек столь предосудительно разгуливающий «в коже» обернулся и, заметив за собой погоню, осознал, наконец, всю отчаянность своего положения. Перед первым ударом он успел выкрикнуть:

- Милиция, спасайся!!! – надо сказать, что напрасно он так за них волновался, лучше бы подумал о себе.

Зинаида Степановна прогнала детишек от окна со словами «нечего на дураков смотреть» и, полюбовавшись несколько минут потасовкой, перед её окнами затеянной между двумя мужчинами осуждающе вздохнула и пошла на кухню продолжать ужин. «Опять пьянь» - заключил Пётр Иваныч деликатно рассматривая борющихся спрятавшись за занавеску. «Набрался дурак» - негодующе подумал Василий, проходя мимо лежащего на траве человека. А большинство вообще не захотели замечать драку и последующего битого. Пролежал он бедный около суток, беззащитный и беспомощный, пока, наконец, кто-то не возмутился безалаберности дворников.

В кошельке последней жертвы Валера нашёл предостаточно денег, чтобы купить один билет для шефа, и два билета для Машки. Задание выполнено.

Но спустя сутки выяснилось, что концерт отменяется на неопределённый срок поскольку господин Спенин попал в больницу с сотрясением мозга, которое он получил в стычке с хулиганом. Ведётся следствие по горячим следам…

У милиции есть один-единственный верный способ поимки преступника – «по горячим следам» называется. Она убежденна, что все преступники оставляют за собой именно горячие следы, поэтому она тщательно измеряет температуру асфальта на месте происшествия, на чём, обыкновенно, следствие и прекращается.

- Ну, Котёл, - цокнул языком Червь располагаясь поудобнее. – Придётся тебе поднапрячся и повеселить нас.

Он показал бровями на Машку, Лысого и Колесо, давая понять, что зал уже полон, публика волнуется, и нет смысла более задерживать, а для убедительности взмахнул билетами на концерт господина Спенина (всего три).

- Я же не Спенин, - промычал Котёл.

- Уже хорошо, - одобрительно закивал Червь. – Продолжай.

В этот вечер Валера Тыкыба по прозвищу Котёл испытал самые страшные переживания в своей жизни. Он был совершенно унижен и раздавлен.

Так вот он был наказан за свои злодейства.

А если кто-то ещё сомневается, то я призываю в последний раз, поймите - никакой он не герой. Вразумитесь, наконец, он отпетый негодяй.

Влад Р.
12 сентября 1867г.