cоль

посвящается событиям 2006 года - весна.

Из всех экономических блюд приготовленных по самым экзотическим рецептам шеф-поворов политики, передать вам соль дефицита будучи на пост-советском пространстве давно сервированного капитализмом - задача далеко не из простых. Хотя, казалось бы, что уж проще, какая тут кухня, – всего лишь соль. Мы даже никогда не затрудняемся попросить соседа - мол, окажите любезность, передайте соль, - вместо этого тянемся за ней рукавами через весь стол по всем салатам и компотам...

Чтобы сейчас никому не морочить голову, обратимся к одному наглядному, небезызвестному примеру, когда в стране за одну ночь из магазинов и с рынков пропали все носки. Да, именно носки. Старожилы наверняка помнят; событие весьма значимое и поучительное – оно всё разъяснит.

Как вы понимаете, началось всё совсем не там, где закончилось, а именно, ближе к Австралии на пассажирском авиалайнере возвращающим на родину команду отечественных политиканов встречавшихся до того с себе подобными для обсуждения каких-то вопросов международного уровня. Кажется, гандбол. Визит был успешным; впрочем, этот факт как всегда оказался несущественным для его традиционного завершения – политики изрядно отдыхали. Вместе с ними на борту летели и изрядно отдыхали турецкие и египетские коммерсанты. В разгар веселья, дружная компания просто подралась между собой, а когда при посадке самолёта нужно было срочно привести себя в порядок, то обнаружилось, что после горячих боёв, во время которых разбушевавшиеся противники срывали свои и чужие одежды, куда-то задевались носки политиков. Прямо скажем, объект для воровства сомнительный, однако, факт пропажи налицо, и так как египтяне одержали верх, угостив всех самыми отборными тумаками, то русские обвинили их в столь оскорбительном воровстве. Возмущённые коммерсанты заявили, что подобная обида не прощается. Русские же заверили их, что готовы простить всё, если те возвратят им награбленное. В итоге, когда пассажиры сходили с трапа, то журналисты, ожидавшие важных турецких финансовых представителей, наблюдали, как помятые политики в башмаках на босо ногу во всю скандалили с египетскими коммерсантами. И все отчётливо слышали, а главное сняли на камеры, как угрюмый египтянин громко и пафосно заявил в лицо русскому, что он не намерен одаривать того какими бы то ни было носками. Отныне каждый египтянин будет считаться преступником, если вздумает продать или подарить русскому свои носки, будь они даже ношены-переношены или без пары. Угрозы заканчивались кратко, но ёмко - ему плевать на русских, которые остались без носков. На том и разошлись, как говорится, не солоно хлебавши. Кому осталось хлебать это солоно - бог весть. Разбираться журналистам некогда – они создают сенсации, всё остальное после.

В тот же вечер жёны деловито сообщали своим мужьям, вернувшимся с работы, что Египет впредь отказывается поставлять России носки. И им нет никакого дела до того, что мы оказались совсем босыми. Сказал так по телевизору, - передавали жёны, - глава торговой корпорации Египта, Фариль, нашему заму текстильной промышленности. «Смешно!» - усмехнулись мужья, а сами призадумались: «носки – дело не шуточное, на всякий случай запастись стоит. Поглядим, как пойдёт, и если что, сразу подсуетимся». На следующий день, когда головы вчерашних незадачливых воздухоплавателей прояснились, и они забыли о происшедшем, особо впечатлительные граждане стали с неловким видом покупать по несколько пар носков. Таким образом, вулкан зашевелился. К полудню в ряду впечатлительных прибавилось, и покупатели уже не так стеснялись друг друга, набирая по тридцать пар носков. К вечеру подключились старики, пожертвовавшие для такого святого дела самое ценное – пенсию, и некоторые вернувшиеся с работы мужья разжившиеся авансом. За ужином, на семейных советах, все бурно обсуждали, стоит ли поддаваться преждевременной панике? И единодушно придя к выводу, - что нет, порешили назавтра, - с утра пораньше, - сделать контрольную закупку и успокоится. К десяти часам, под натиском обезумевшей публики, требующей за любые деньги носки, рынок истощился. Ненормальный интерес, превышающий в сотни раз всякие сложившиеся нормы потребления, в мгновение опустошил склады. Носки кончились. Все забеспокоились и, осознав случившиеся, почувствовали страшную жажду до носков. Чем те скорее исчезали с прилавков, и чем их становилось меньше, тем быстрее и больше их скупали. Продавцы безбожно взвинчивали цены - сегодня одна пара стоила тридцати пар вчерашних. Тогда население стало экономить и ходить босиком, пряча накопленное в больших мешках по кладовкам (а кладовки у нас знаете какие.). Правительство занервничало и навело справки, почему Египет прекратил поставки этого жизненно важного товара. Оказалось, что он, вообще, никогда этим не занимался. Тогда проверили запасы по стране – оказалось, что в закромах родины полным полно такого добра. И всё шло благополучно, до тех пор, пока ни с сего, ни с того потребность в носках у населения резко не возросла. Стремясь хоть как-то унять волнение, власти обвинили в дезинформации прессу и официально заявили, что в стране носков предостаточно. Впрочем, так оно и было. Но пресса не хотела просто так садится в лужу и навела свои справки, продолжая подливать масла в огонь день изо дня рассказывая о страшных лишениях, которые терпят как горожане, так и селяне. Журналисты установили, что склады действительно ломятся от носков, но власти не могут справиться с организацией своевременных поставок. Собственно, и это было правдой. Как-то выходило, что всего хватало, но ничего не хватало. После таких, прямо скажем, подозрительных новостей люди окончательно помешались и стали с ожесточением расхватывать чулки, колготки и даже рукавички, в надежде и их как-то приспособить. Сгребли все детские носки, хотя не у всех имелись дети. Но всё равно, запаслись. На всякий случай. Польстились на всё сколько-нибудь напоминающее носки. В конце концов, на улице стало просто опасно показываться в носках – того и гляди, зарежут и ограбят. Тогда для возвращения спокойствия пришлось обратиться за помощью к тому самому Фарилю, египетскому негоцианту. Нахмурив брови и сморщив лоб, он с трудом припомнил какие-то обрывки той весёлой истории на самолёте. После недолгих уговоров он великодушно согласился помочь народу России (что ему посулили за это – неизвестно). Немедленно был отснят сюжет и его тут же пустили по всем телеканалам: под какую-то интернациональную музыку, улыбающийся в камеру Фариль, в костюме, чуть присев, неумело одевает носок на упитанную ногу с резвящимися пальчиками; нога, конечно, принадлежит тому самому политикану. Сюжет вышел такой гнусный, что народ просмотрев его, пришёл в неописуемый ужас, и не знал уже куда деваться. Всем мерещился какой-то обман, или даже заговор, прикрываемый дурацким роликом. Назревала катастрофа. К тому же прессу заставили притихнуть, а это ещё больше встревожило. Неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы не следующие одно за другим важные события – выход на телеэкран нового реалити-шоу ДурьДом-3, и начало войны в Антарктиде развязанной Америкой в целях установление демократии и борьбы с терроризмом на этом континенте. Такие события на некоторое время отвлекли граждан от своих стоп, а власти за выигранное время успели набить до отказа все торговые точки носками, набрали гуманитарной помощи и открыли несколько производств. После чего к носкам сразу все охладели. Спрос на них практически исчез и не появлялся в течение следующих пяти лет.

Здесь, представьте, поучительная история заканчивается, и подводится итог:

Сегодня настоящая соль дефицита заключается в ненастоящем дефиците соли.

Влад Р.